1.48

Я, почему-то, не рассказывал про это. Я не знаю, почему. Я всегда думал, что надо не забыть рассказать и всегда забывал. Сейчас вспомнил и решил написать. Семнадцать дней назад я работал. Я опять отвозил диски и мне надо было поехать на метро Цветной Бульвар. Я опаздывал потому что, когда я вышел из дома, я подумал, что, наверное, я не выключил воду в ванной и вернулся домой, а потом оказалось, что я всё выключил, а потом я не успел на автобус и мне пришлось ждать другой автобус и поэтому я весь день опаздывал. Я торопился и очень нервничал, и поэтому я не мог найти дом, а потом нашел. Я спросил у какой-то женщины и она мне всё рассказала. Я обрадовался. Я позвонил в звонок и извинился, что опоздал, но на меня не кричали. Диски были Луи Армстрогна и Рэя Чарльза. Я слушал совсем чуть-чуть и то, и другое. Мне сказали "спасибо". Я сказал "пожалуста", а потом, почему-то сказал, что я люблю Нину Симон. Мужчина, которому я отдавал диски очень обрадовался и спросил, какая у меня любимая песня Нины Симон. Я сказал, что я люблю Feeling Good. Не знаю, почему я сказал, что люблю эту песню. Я больше люблю Summertime. Он сказал, что ему больше всего нравится ее альбом 1965 года Pastel Blues, а я ответил, что мой любимый альбом Nina's Choice. Мужчина сказал, что его зовут Николай Федорович, а я сказал, что меня зовут Джо. Он спросил, почему меня так зовут, я сказал, что не знаю. Мы с ним разговаривали в дверях, потом ему стало неудобно и он сказал, что я, наверное, сильно спешу, а я сказал, что у меня уже нет больше заказов и я никуда не спешу. Тогда Николай Федорович предложил мне зайти. Он спросил, слушал ли я когда-нибудь Рэя Чарльза. Я сказал, что что-то слышал. Он сказал, что мне должно быть стыдно. И мне, правда, стало стыдно. Он распаковал тот диск, который я ему привёз и поставил его в проигрыватель. Он много мне рассказывал про Нину Симон. Он очень хорошо ее знает. Я сказал, что Лена тоже любит Нину Симон. Он не спросил про Лену, но сказал, что сейчас мало кто слушает Нину Симон и мне показалось, что это хорошо, что я слушаю Нину Симон. Я слушаю её потому, что мне нравится. Ещё он рассказывал мне про разных певцов и музыкантов. Я слушал и мне было очень интересно. Ни Паша, ни Слэш так интересно не рассказывают. А потом я поехал домой. Николай Федорович дал мне свой телефон и дал мне три диска со старыми певцами. На одном диске есть Рэй Чарльз, а кто записал на другие, я не помню. Он сказал, что мне должна понравится эта музыка. Я говорил ему, что мне давали слушать Дио и мне не понравилось. Очень тяжелая, злая музыка. В ней нет доброты. Она страшная почему-то. Мне тогда стало страшно. Позавчера я позвонил Николаю Федоровичу и сказал, что я пока послушал только Рэя Чарльза. С ним очень интересно разговаривать. Он говорит, что я могу к нему заезжать и слушать с ним музыку. Ещё я говорил, что у меня есть друзья и они играют в группе. Он сказал, что это очень хорошо.