Деспот

Вот так вот.
Догнал, оглушил, грубо схватив за поясный ремень, приволок обратно, зашвырнув на футон.
Неконтролируемая ярость.
Пока очнётся - есть время остыть.

А потом объяснить, глядя в эти удивительные, сейчас распахнутые в невыразимом изумлении - не ожидала?.. - глаза:
- Ты можешь быть с кем хочешь. Можешь спать с кем хочешь. Можешь делать, что хочешь. Но всё это - рядом со мной. И не пытайся уйти. Это бесполезно, бессмысленно, и глупая трата моего, - слышишь, моего! - времени. Потому что мне надо будет идти следом и повторять всё то же самое.
Не заставляй меня этим заниматься, лучше прими сразу.
Можешь обижаться. Можешь не разговаривать со мной. Можешь ненавидеть меня. Но ты не можешь уйти! Ты слышала? Ты поняла?..

Дождаться слабого кивка, скорее, это даже больше похоже на дрожь.
У неё шок.
Тем лучше. Шиноби, она должна быть готова столкнуться с последствиями своих действий.

Снимаю с плеч ножны, швыряю на изящные колени катану.
- И воздержись впредь от подобных жестов. Уважай брата. - Последняя оплеуха. Её глаза наполняются слезами, по щекам пробегают мокрые дорожки, они наверняка очень солёные.
Тяжело дышит, губы дрожат. Там, на губах - сотни аргументов, тысячи оправданий. Или одно, но очень веское. Там - ее правота.
Приподнять лицо за подбородок и запечатать это все своими губами.
Пусть останется невысказанным, прижженное, словно клеймом. Ни капли нежности. Ни грамма романтики.
Просто печать, скрепляющая односторонний договор.
Ты капитулируешь - это аксиома.
У тебя нет выбора.
Я все сказал.

Я ухожу с тем, что глупцы называют "спокойной душой".
И когда я вернусь вечером, я хочу горячий ужин.