Масса как масса

В том, о чем здесь говорится, нет ничего принципиально нового. Помните, как мы с вами выходили на демонстрации, на субботники и прочие коллективные действа. Дело не в том, сколько бревен мы успеем перетащить и сколько подворотен очистить от грязи за этот знаменательный день. Дело в другом – коллективные мероприятия должны были сопровождаться коллективными позитивными мыслями. Для того и были предназначены эти мероприятия.

Когда все сотрудники отделов, согнанные в зал собраний, скандировали с пеной у рта: «Свободу Луису Корвалану!», казалось, что они желают докричаться до самого Луиса Корвалана и его тюремщиков. Помнится, кричали мы и нечто такое: «Камасе рабен сида!» – и гневно вздымали вверх сжатый кулак правой руки. Я уже забыл, что это означает, но какой то лозунг на неведомом чилийском языке; наверное, что то про свободу. Кто то эти лозунги доставлял в рабочие коллективы и сгонял рабочих и сотрудников на эти мероприятия. Зачем это делалось – можно теряться в догадках: неужели чтобы империалисты услышали, как мы орем в закрытом помещении?

Все же надо признать, что, вероятно, у коммунистов была верная идея, почерпнутая ими из древних мистерий. Когда люди объединяются и чего то коллективно желают, то это обязательно сбудется. Но империалисты тоже оказались не лыком шиты. Они действовали примерно таким же способом. Они тоже там чего то кричали на своих сходках, возбуждая в населении протестные мысли в адрес страны победившего социализма. Кто громче крикнет, кто крикнет более эмоционально и вовлеченно – тот, считайте, и победит – вот в чем главная проблема. Очевидно, в СССР мы кричали не так сильно и не так уверенно, как следовало для полной и окончательной победы социализма во всем мире! После ноябрьской и первомайской демонстраций, пожелав скорейшей гибели империализму и разойдясь по своим кухням, «совки» думали, как бы раздобыть шмоток у этого самого империализма, и тем самым реанимировали его.

Интернет, конечно, предоставляет большие возможности, здесь можно «солидаризироваться» с толпой, не выходя на коллективные митинги. Достаточно нащелкать на клавиатуре пару фраз, и ты уже участник грандиозной акции в десять тысяч человек, а то и более, в зависимости от масштаба.

Сопричастность общему делу дарит незабываемые эмоции, и многие подсаживаются на это. Им уже не важно, с чем солидаризироваться: главное – выбить из толпы интерактивных граждан эмоцию сопричастности и омыть себе ноги этой эмоцией.

Понятное дело, что сопричастность в большей степени ощущается тогда, когда есть противоборствующая сила, которой надо противостоять по определению. Вот и разделяются интернетовские пользователи на фракции и ведут друг с другом продолжительные словесные баталии. А инертная интерактивная масса читает все это и сопереживает: чья возьмет? Все это очень похоже на мистерии, но уже обновленные, оцифрованные. Иное дело, что от этих невинных занятий может меняться климат. Но кого это интересует? Масса, она же не имеет того органа, которым думают, на то она и масса.