Без заголовка 2665

Это цитата сообщения Edoran Оригинальное сообщениеГоворим мы чужими словами...

 (300x267, 28Kb)
Сперва хороших фильмов было мало. В принципе, их всегда не­много, но в сталинское время фильмов было мало вообще. Именно поэтому неизбалованный зритель запоминал наизусть все подряд. И оцените, какой глубокий след оставляли мало-мальски жи­вые фразы, если до сих пор цитируют: "Муля, не нервируй меня'", "Я не волшеб­ник, я только учусь" или "Эх, коротка кольчужка!" памятны нам.

Мо­жет быть, многие уже и забыли, что одна из них - из "Подкидыша" с несравненной Раневской, вторая - из "Золушки", а третья - из "Александра Невского". Картины эти показывают редко. Но эти фразы - они остались.

Самые лучшие фильмы разобрали на анекдоты и цитаты: "Тихо! Ча­пай думать будет'", "Штирлиц шел по коридору", "Вор должен сидеть в тюрьме'", "Восток - дело тонкое", "Не учите меня жить - лучше помогите материально!".

Меткие фразы приходились к месту в любых разговорах, в любой социальной среде. В нынешнем парламенте неоднократно звучит в бессмертное: "Огласите весь список, пожалуйста'", травматологи спрашивают: "Что, шел-упал-споткнулся?", а из великого французского языка каждый твердо знает только эту фразу "Месье! Же не манж па сис жур".

Интересно, что киношные слова Александра Невского "Кто с мечом к нам придет, тот от меча и погибнет'" уже на полном серьезе приписывают реальному князю; о Бразилии нам известно в основном то, что там много диких обезьян и все мулаты в белых штанах; а шампанское по утрам пьют, как известно, только аристократы и дегенераты. Причем знают это все - ибо сила киношной цитаты в разы превышает мощь цитаты из книжки.

Сегодня крылатые фразы нашего кино настолько вошли в лексикон, что люди порой даже не догадываются, что народные выраже­ния изобрели киношники.

Популярны как пословицы выражения из "Кин-Дза-Дзы" ("Скрипач не нужен", "Ку!"), "Иронии судьбы" ("Какая гадость эта ваша заливная рыба"), "Снежной королевы" ("Ах, вот ты какой, северный олень"), "Москва слезам не верит" ("Не учите меня жить, лучше помогите материально"), "Берегись автомо­биля" ("Тебя посодют, а ты не во­руй").

Если иноземец попытается найти в популярных фразочках какой бы то ни было здравый смысл он отступит. Потому что наряду с разумными фразами вроде "За чужой счет пьют даже трезвенники и язвенники" или "Выпьем за то, чтобы наши желания всегда совпадали с нашими возможностями", встречается подобный. бред: "А у нас управдом - друг человека!", "У меня двое детей - мальчик и ... то­же мальчик", "Точно такой же, только с перламутровыми пугови­цами, есть?" или совсем уж непо­нятное"Абырвалг!".

Поэтому никто в цитатах смысла не ищет. А вот хорошее настрое­ние - пожалуйста!

Если советское кино до сих пор объединяет нас цитатами из восхитительных фильмов Гайдая, Ря­занова, Говорухина, Захарова, Данелия, то постсоветское, получив­шее относительную свободу, пока вровень с хитами советской клас­сики встать не может.

Согласно опросам, цитаты из современных фильмов могут вспомнить не бо­лее половины отвечающих граж­дан. "Бумер" ("Карты на стол, а стволы под стол", "Не мы такие, жизнь такая"), "Ширли-мырли" ("Прости меня, Васенька, дуру грешную!"), "Особенности нацио­нальной охоты" ("Ну вы, блин, дае­те", "Где эта сволочь?", серия тос­тов "Ну, за ... ") и несколько звучных фраз из "Брата" - ("В чем сила, брат?" , "Он умер", "А музыка ваша американская - говно") - вот, собственно и все, что смогли выдавить из себя респонденты.

Однако удивительно ли это? Ведь на смену отечественному ки­но полновластно утвердился на эк­ранах его величество Голливуд. И вот там теперь вроде бы должны черпать мы "культовые" цитаты.

Но этого не происходит. Из всех американских фильмов в наш обиход вошли только несколько фраз: "Моя прелес-сть" да "Я сделаю ему предложение, от которого он не сможет отказаться". Остальное - наше, отечественное.

Но вот откуда в основном берем мы наши цитаты?
Задумаемся.

Поденки

В "Словаре современных цитат" знатоками собрано около 4300 хо­дячих цитат и выражений ХХ века. Из фильмов, книг, песен, эстрады. Как памятник прошедшей эпохе.

Конечно, мы помним далеко не все из этого. Наши дети уже никог­да не поймут, над чем мы смеемся в монологе: "Ах в греческом зале, в греческом зале! Мышь белая! Стоял твой Аполлон 200 лет без селед­ки, теперь с селедкой постоит!" Им непонятно название "Кулинарный техникум", сожаление о невозмож­ности "выслушать начальника транспортного цеха", или рассуж­дение о раках "больших вчера по пять и сегодня маленьких - по три". Ушел в прошлое тот самый "деф­сит", когда "через завсклад, через товаровед, через директор мага­зин ...", исчезла страна, где греме­ли Миронова и Менакер, Тарапунь­ка и Штепсель, Ильченко и Карцев, Вероника Маврыкина с Авдотьей Никитичной.

Разухабистая эстрада выдает на-гора все больше юмо­ресок, скетчей, хохмочек... Но их так много, что не находится в ком­пании двух человек, готовых цити­ровать Новикову или Коклюшкина, да так, чтобы остальные радостно подхватили фразу.

Самая запоминающаяся - и самая недолговечная - это реклам­ная цитата. Запустить ее - раз плю­нуть! Сделать, чтобы запомнилась на годы, - нереально. Вы не вспом­ните рекламных роликов девянос­тых годов. Тем более восьмидеся­тых. И остались пока еще запав­шие в душу диалоги неплохих акте­ров: "Деточка! Tы же лопнешь!" - "А ты налей и отойди ..." и "Ты где был?" - "Пиво пил". "Я - не халявщик, я партнер".

Лишь пепси, настойчиво долбя­щая в мозг свой фирменный па­роль, смогла-таки оставить у нас цельную фразу: "Новое поколение выбирает пепси".

И рекламные цитаты сходят в анекдоты: "Ты видел, чтобы я наши яблочки какой-нибудь гадостью поливал?" - "Дед, я же глухой, а не слепой!" или "Дохлый кот без вся­ких хлопот".

Прочитал "Горе от ума" ­не понравилось. Одни цитаты!

Как тщится наша школа создать хоть какую-то объединяющую всех базу цитат! Уж сколько лет подряд долбит одни и те же книжки. Но кроме "Раскольников убил старуш­ку топором", "Герасим утопил Муму", а "Анна Каренина легла под поезд" ­многие выпускники из великой русской прозы не помнят ну реши­тельно же ничего! Хотя нет! "Спо­койно, Маша, я - Дубровский!" ­знают даже те, кто Пушкина не от­крывал вообще никогда. Культовая фраза всех времен и поколений!

То есть продвинутые дети могут процитировать "Красотою мир спасется", пафосно возгласить: "В человеке все должно быть пре­красно!" или согласиться, что "Все счастливые семьи счастливы оди­наково". Однако основная масса не помнит даже хрестоматийное "Береги честь смолоду!"

Чуть больше везет поэзии. Правда, редкий старшеклассник точно назовет вам авторов цитиру­емых строчек. Не по своей глупос­ти - а по их затертости. "Скажи-ка дядя, ведь недаром", "Сижу за решеткой, в темнице сы­рой", "Белеет парус одинокий в ту­мане моря голубом", "Я пришел к тебе с приветом".

Кстати, а вы сами твердо уверены, что про привет написал Тютчев, а не, скажем, Фет? Уверены? А зря! Как раз Фет.

И все же грех жаловаться - эти строчки объединяют нас. У подростков они на слуху из-за того, что школа недалека, а у стариков - от­того, что когда-то хорошо учили. Качественно. И в этом смысле ­тяжко пришлось Маяковскому: "Мы говорим - Ленин, подразумеваем партия!", как и стихи о советском паспорте, ушли в прошлое.

Повезло Блоку. Его недавно це­лым стихотворением прочли в рекламном ролике! И сразу строчки "Ночь, улица, фонарь, аптека" получили буквально второе дыхание. А еще мы по-прежнему пафосно восклицаем: "Да, скифы мы! Да, азиаты мы!" Или вспоминаем: "Дыша духами и туманами"...

Почетное место занимают в наших цитатниках басни. Можете проверить: продолжите строчки сами. И суньте их вашим детям, пусть припомнят. "А вы друзья, как ни садитесь ...", "Вороне где-то бог...","Ай, Моська, знать она сильна ..."

И еще цитируем мы Гоголя, и Фонвизина, Леонида Филатова...

Хотя с зарубежными классиками - просто беда! Кроме Вильяма на­шего Шекспира - все эти "Быть или не быть?!", "Коня, полцарства за коня!", "Бедного Йорика" и "Моли­лась ли ты на ночь, Дездемона?!" - не никого толком и не знаем. Но Шекспиру спасибо - благодаря ему и мы, и наши дети твердо уверены, что весь мир театр и нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео...

Хотя школьные учителя мечтали бы о большем. Ха! Пycть радуются хотя бы тому, что иногда подросток может брякнуть: "Из лесу вестимо!" - на вопрос "Откуда?", а не
шарахнет по вам обширной и ма­лопристойной цитатой из Гобли­новского перевода стремного городка Саус-Парка.

Цитата как пароль

Когда двое - да в 30-е годы, ­могли невзначай ввернуть в разго­вор фразочки, с виду совершенно нелепые:
- Утром деньги - вечером стулья.
- Вечером деньги - утром стулья.
- А можно так - утром стулья, а вечером деньги?
- Можно, но деньги - вперед! Так вот, люди неосведомленные только плечами пожимали. А двое - как заговорщики - знали, что они причастны. Что они - СВОИ. Пото­му что разговаривать цитатами из полузапретной книги было шикар­но! Если по-современному - гла­мурно и готично.

Чем, кстати, не горе от yмa?
Его во времена оны тоже цитиро­вали с оглядкой. Но не поминать не могли - уж очень хорошо ложи­лись в речь меткие словечки.

Знатоки наизусть заучивали це­лые страницы ильф-петровского текста, и каждый, кто мог похвастаться знакомством с Великим Комбинатором, молчаливо принимался в некое тайное общество. ­Ведь "Двенадцать стульев" и "Золо­той теленок" официально были изъяты из школьной программы по истории советской литературы и не переиздавались до хрущевских времен. (знаю, знаю, сама грешила запоминанием целых кусков "Стульев" в школе. В те времена эти книги хоть и не запрещали, но об изучении их в учебных заведениях и речи не шло. Я же сильно впечатлилась после премьеры многосерийного фильма с Андреем Мироновым и выпрашивала книги у заведующей нашей школьной библиотеки, ее кстати, звали Татьяна Ларина (не псевдоним, настоящее имя). Из-за этих приставаний угодила в библиотечный совет, что решило мою дальнейшую судьбу)

Фильмы с Юрским и с Гомиаш­вили в роли потомка турецкопод­данного вывели книжку в массы. И нынешние дети не знают, что не­когда эти веселые простенькие фразы служили чем-то вроде па­роля.

Впрочем, такой ценностью к то­му времени стали обладать другие книги. Достаточно было в интелли­гентной компании многозначи­тельно произнести что-то вроде "Аннушка уже разлила масло!" ­как к тебе начинали присматриваться: как же! Человек читал Бул­гакова! Напечатанный единожды и разошедшийся по стране в бесчисленных списках роман "Macтep и Маргарита". Про дьявола и Хрис­та, которых правильным совет­ским людям поминать не полага­лось. (есть у меня фотокопия из журнала "Нева")

Цитаты были знаком избраннос­ти и причастности. Особенно из книг редких, полузапретных. Я и сейчас с интересом приглядываюсь к человеку, который скажет "Счастье всем даром, и чтоб никто не ушел обиженным". Спросит "Выбегалло забегалло?" или ре­шит, что "двум благородным до­нам" есть куда съездить. Стругац­кие - авторы в высшей степени культовые (да простят мне это модное слово знатоки... "Знатоки! Убивать надо таких знатоков!" Уз­наете?)

Но время сейчас заполошное. Все труднее жить медленно, пере­читывать книги так, чтобы фразы оставались в голове - да еще у многих. И поклонники Кастанеды (вариант - Паоло Коэльо или Дэна Брауна, или Фридриха Ницше) пресекаются, произнеся какие-то цитаты из любимых авторов. Но массово цитируемых книг не ста­ло. Исчезла "избранность" пароля - мы можем прочитать все, обще­ство рыхло и не делится по идео­логиям.

Однако надобность в "закрытых" сообществах не исчезает. Помню, как счастливые обладатели интер­нетовской связи узнавали друг друга по дурацким фразам: "Это не дура! Это лошадь" или "Пошел он в жопy, директор!". Смешная калечная Масяня была в моде до тех пор, пока не стала всеобщей собственностью.

Зато неизвестного автора фра­зы на гребне. Модны цитаты "аф­тар жжот!" или "В Бобруйск, жы­вотное!" - они снова очерчивают круг "посвященных" в это новое увлечение.

Наверное, такие цитаты будут всегда - пока есть у человека же­лание выделиться и объединиться. Странно ли, что люди увлеченные часто ищут друг друга по "паро­лям" - фразам из культовых их книг, фильмов, компьютерных игр.

Цитата как пароль - она останет­ся.
Елена КАРЕВА Строки, выделенные курсивом мои, Edoran



 (300x44, 19Kb)

Знаете ли вы, что такое квантовые компьютеры? На сайте Александра Александровича Кокина можно найти статьи по физическим основам квантовых вычислений и принципах работы квантовых компьютеров. Есть также ссылки на его научные монографии, например, "Твердотельные квантовые компьютеры на ядерных спинах".