(с)

"И теперь вдруг стало ясно, что в одном и том же городе, даже в одной и той же стране им будет просто тесно"

"Утратив его, она позволила ему утешать себя за эту утрату и с какой то болезненной радостью находила, что он, кажется, готов снова в нее влюбиться, и как раз именно сейчас, когда она так чудесно, так безжалостно начала выздоравливать"

"Ей было тревожно, до тяжести в животе, до одеревенения языка, от сознания, что она вдруг очутилась на пороге какой то совершенно неведомой жизни"

"Перестань подозревать, что жизнь тебя обманывает. Бери то, что есть, и пользуйся этим"

"Когда начну сходить с ума, дам тебе знать"

"Я думаю, он позволил бы мне даже медленно убивать его"

" - Мне кажется, нам всем надо громче молить о любви, просить о ней. Мы все нуждаемся в любящих. Даже Бог нуждается в любящих. Полагаю, именно поэтому он нас и создал.
- Он просчитался"

"Горячее желание любви способно пробудить ответную любовь"

"То, чего нет, нельзя любить. Я думаю, если по настоящему любишь что то, то оно и появляется"

"Существуют поступки, связанные с нами помимо нашей воли"

"Духовное не может быть естественным. Душа не в силах сбросить с себя тяжесть греха"

"Вы не можете встать между нею и ее страданием, оно слишком сложно, слишком ценно"

"Она достигла мира в себе - и это ее наибольшее сокровище"

"Свобода имеет смысл в политике, но не в морали. Истина, о да! Но не свобода! Это хрупкая идея, такая же, как счастье. В морали мы все узники, но наше освобождение отнюдь не называется свободой"

"Без тебя все это теряет смысл; и может быть, однажды, вернувшись, ты обнаружишь, что никого нет и телефоны трезвонят в пустоте"

"Искусство и психоанализ придают жизни форму и смысл, вот почему мы ими так восторгаемся, но жизнь как она есть не имеет ни формы, ни смысла"

"Ну почему эти интеллигентные женщины так глупы? Ему еще не встречалась интеллигентная женщина, которая не была бы в то же время дерганной кривлякой"

"Страдать не позорно. Так велит природа. Все существа страдают. Мы сотворены, уже этого достаточно для страдания. Мы отделены от Бога, разве это не горько?"

"- А я вот, кажется, не верю в Бога...
- Верите. Просто не знаете Его имени. Я знаю Его имя, и только тем от вас и отличаюсь, одним крохотным словом"

"Нельзя делать другого пленником своих мыслей, нельзя создавать из чьей то судьбы объект восхищения, судьба другого не должна быть открыта для обозрения, как препарат на лабораторном стекле"

"- Чего же ты хочешь?
- Всего... что хочешь ты"

"Так горячо симпатизировать другим, можно только лишь, если ты сам счастлив"

"Мы все время от времени сходим с ума, но это проходит"

"Как этот пейзаж. Только и делаю, что гляжу на него, вместо того, чтобы жить в нем"

"Рано или поздно, но все голоса превращаются в безмолвие: и имена тех, кого мы любим, с какой бы страстью мы ни повторяли эти имена, рано или поздно затухнут"

______________________________
из книги Айрис Мердок "Единорог"



(с)

__"он не человек, он один из нас"___

Четверг, 27 Января 2005 г. 12:33 (ссылка) + в цитатник или сообщество +поставить ссылку
Прочитало: 1 за час / 1 за сутки / 1 за неделю / 1 за месяц
В колонках играет - Новый Гот - Intro

мы просидели на заливе пять часов. ровно с трёх ночи и до восьми утра. это был поток нескончаемой речи. показалось, что мы вчетвером - один живой организм. вроде осьминога. то одно, то другое щупальце высовывалось, чтобы что-нибудь рассказать. тогда я поверила в крепкие сети, которые плетут сами себя, объединяя совершенно разных людей с разных концов мира. сети свободы.
мы впитывали.
мы не боялись говорить.
мы не боялись не говорить.
мы сидели на парапете в снегу, ноги жутко болели, но тело не обращало внимания на холод и боль. за нами шумно дышал во сне город, а впереди распласталось безмолвное белое тело залива.
"наступает эра белого порошка, лёд крошат как колотый сахар щипцами" - говорю я.

чёрт, мы говорили такими красивыми словами... но при этом как точно и искренне они звучали тогда.

"вот подумайте... у людей четырёхкамерное сердце... я чувствую, будто мы долгое время были заперты каждый в своей камере. но в тюрьме сменили главного, и наши камеры объединили. теперь мы бьёмся единым сердцем. я не хочу чтобы это заключение кончалось. это заточение в свободу... люди такие трусливые - у них не клаустрофобия вовсе, а наоборот: они отвыкли от таких огромных пространств, как это - застывшее море..."

говорили, говорили без умолку... о людях, которых знаем, о людях, которых не знаем, обо всём, что окружало нас, и даже о том, о чём никогда не осмеливались сказать раньше.

а потом я сказала: "давайте немного помолчим. послушаем город."
и мы замолчали.
мы оказались в глухой тишине. и в самом сердце, нет, в самом желудке этой тишины стал вдруг зарождаться гулкий шум. это город...

...он хочет слушать шум прибоя. --я так хочу услышать волны--. Но залив дремлет, словно огромный белый кит. И город подражает голосу моря. Он хочет пробудить волны. Нет, это не машины шумят, это шумит сам Город, - это сливаются в рваном ритме сердца всех его жителей и вздохи тех, кто в эту секунду умирает в бледных больницах... Это шумят трубы, это скрип половиц, это дыхание под липкой простынёй, шелест страниц - читает бессонный, это выдыхают дым тысячи курящих-по-ночам...

Нам были слышны те звуки, которые человеческое ухо не в силах уловить... И даже те звуки, которые ещё не появились на свет.

-это был... шар, затекающий сам в себя... исповедь четырёх незнакомых друг другу но таких родных-