Сиюминутные дрязги

Жизнь заставляет нас поверить в реальность русской сказки. Ведьма гонится за солнцем, преследует его, хочет съесть. А ведь совсем еще недавно многие посмеялись бы над таким фантастическим сюжетом не от мира сего. Привычная смена времен года вызывает у людей зевоту и кажется само собой разумеющимся явлением.

Меж тем если бы мне сказали месяца за два до августа, что солнца днем не будет видно при отсутствии облаков, то я бы и сам не поверил. Но кроваво красный диск солнца средь бела дня тонул в молочном океане дыма. И лишь слабый алый кружок туманно и призрачно, как дневная луна, освещал округу. Вслед за солнцем тонули в белом мареве дыма дома, деревья, машины, люди, до неузнаваемости искажая московский пейзаж. Казалось уже, что ничего нет, кроме этого белого плотного ковра дыма, окутавшего столицу в августе 2010 го, и что так будет всегда.

По оценкам метеорологов, дым и частицы горения от подмосковных пожаров достигли стратосферы. На снимках из космоса все Подмосковье, в особенности его южная часть, и вся Москва были окутаны коричнево беловатой пеленой. Концентрация вредных веществ в воздухе превысила предельно допустимую в шесть с половиной раз. Угарный газ со сладковатым привкусом смерти и пепелища подступал к самому лицу. Першило в горле, щекотало в носу, слезились глаза.

«Молиться надо!» Настал последний час. Пробил, когда его никто не ждал. Рука Господа установила гребень антициклона над Россией. Ждал покаяния от нас Господь. Не зря патриарх Кирилл сказал: «Сие кара Божья за грехи наши». Только «наши» или «ваши» грехи – как лучше сказать, вот в чем вопрос. Однако богатые не задавали глупых вопросов – они бежали из Москвы. Аэропорты работали на пределе: Хургада, Анапа, что угодно, но только не ядовитая, угорающая Москва. Садились в свои вместительные джипы и гнали к северной границе, к Белому и Балтийскому морям – туда, где нет пожаров. А здесь поликлиники и больницы были забиты людьми, у которых нет кондиционеров. Они спали прямо в коридорах. Поликлиники вели прием даже в выходные и не могли справиться. Масок, респираторов и кислородных подушек на всех не хватало. Вызовы скорой помощи участились на 15 процентов. Выезжали бы и чаще – «карет» не хватало. Там, где были кондиционеры, люди кучко вались и жались к ним, как чукчи в яранге к спасительному огню очага. Американцы и европейцы предостерегали своих граждан от поездок в Россию: «Это опасно». А мы здесь жили! И у нас нет кондиционеров. Есть только холодильники – в которых при всем желании не поместишься. Нам говорили: «Не открывайте двери и окна на балконы, не впускайте дым внутрь ваших жилищ. Можно заснуть и не проснуться от угарного газа». За закрытыми окнами и дверьми своих квартир томились живые люди, обливаясь потом и дыша собственными испарениями. Они вешали мокрые простыни на мебель, заворачивались в них. Но все напрасно. 40 градусов снаружи. 40 градусов внутри… Чем не сюжет для Апокалипсиса? Меж тем спросим себя сами, собрав остатки умения трезво мыслить: «А кому сегодня легко?» В Питере и области прошел жестокий ураган, унесший жизни семи человек. СМИ приносят вести об ужасающих наводнениях и оползнях, возникших от ливневых дождей на северо западе Китая, на северо западе Индии, в Кашмире, в Пакистане, Северной Корее. В Пакистане пострадали четыре миллиона человек! В Центральной Европе погибли люди – четырнадцать человек. Невиданные дожди размыли дороги в Германии, Чехии, Польше. В Литве от урагана погибло четыре человека. «Это нельзя назвать молниями – это был огонь с небес», – сказала одна из пострадавших. В Бразилии с неба несколько дней падал снег, впервые за десять лет. Армагеддон? Битва сил света и тьмы? Последний парад наступает? Или очередное испытание, за которым последует череда привычных будней? Кто может сказать наверняка?