Узелки судьбы……….

 (300x431, 25Kb)
Найдено в инете.......

Наверное, у всех людей есть странности?

Например, я стал недавно замечать за собой непонятные привычки. Я никогда не наступаю на трещины на асфальте, люблю разгадывать головоломки-лабиринты, а карты городов вообще действуют на меня, как гипноз. Я просто не могу оторваться…

Люди, это нормально? Наверное, не очень.

Потому что я знаю, откуда это все взялось. Это все он виноват.

Все началось с узеньких улочек Лейпцига, нашего родного города. Мы так любили в детстве бродить по ним, находить какие-то заброшенные дворы и пустыри. Конечно, особенно было захватывающе лазить там, где щели между домов позволяли пройти (а скорее, протиснуться) едва ли одному человеку. Сразу думаешь: застрянешь или нет? А выбираться как? Мы с братом очень любили рисковать. Собственно, от этого мы так и не избавились…

У всех есть свой любимый город. Я люблю Венецию. Даже не из-за его романтического прошлого и настоящего, а просто за его красоту. И все те же переулки, те же маленькие узкие каналы, по которым не каждая гондола проплывет. И опять можно взять брата за руку и ринуться навстречу интересным открытиям.

А еще я постоянно завязываю узелки. Везде, где только могу. Вяжу все, что попадается на глаза: шнурки, нитки, пряди собственных волос - это когда совсем делать нечего. Проводки, простыни… Даже домашнюю футболку я постоянно ношу завязанной на узел. Том спрашивал меня, почему я это делаю, но я лишь пожимал плечами. Я и сам не знал… до поры до времени.

А ведь разные узлы бывают. Есть морские, есть те, что «на память», а есть узелки судьбы. Вот они-то и виноваты во всем. Ну, еще он. Вот и все. Теперь я могу ходить с глупой полусумасшедшей улыбкой на лице, и на все вопросы, мол, «Билл, ты сегодня какой-то странный… Что это с тобой?» я буду только уклончиво отвечать, что ко мне пришла идея. Для новой песни или новой одежки. И мне ведь поверят, как же, фантазерская душа постоянно витает в облаках и ждет вдохновения от каждой мелочи! Поэтому, я не буду оправдываться или что-то объяснять. Хотя поводом для съезда моей крыши является один человечек. Знаете, такого? Мальчик. С дредами. Чуть-чуть на меня похож, даром, что мой близнец.

Да, вы все-таки угадали. Это Том.

Так банальны все эти легенды про Нарцисса, который влюбился в свое отражение… Со мной все не так. По крайней мере, потому, что мы с Томом совершенно непохожи. Особенно сейчас. Все очень удивляются, узнав, что мы на самом деле близнецы. Ведь с первого взгляда никогда не скажешь, правда?

А я люблю его. Это так просто и так… даже не знаю… правильно, что ли? Будто так и должно было быть. Все эти узелки…

Так интересно наблюдать за ним со стороны. На интервью, например, когда какие-то вопросы адресуются мне, а какие-то – ему. Когда Том начинает говорить, я поворачиваюсь и слежу за его лицом, его мимикой, жестами, как он себя ведет, как реагирует… Это интересно и забавно. Я улыбаюсь, смотря на него, и никто не может понять, почему эта неуловимая усмешка играет у меня на губах? А я сижу, смотрю и думаю, что мы сейчас выйдем отсюда, поедем домой или в гостиницу, будем дурачиться по дороге туда, придумаем какую-нибудь кричалку и будем во всю глотку распевать ее, пока не приедем.

Вечером мы, как обычно, будем ложиться спать, и я будто невзначай оброню: «Том, я тебе должен что-то сказать…». Но потом, подумав, отмахнусь, мол, не обращай внимания, это мелочи. Том ухмыльнется, «ох уж вы, натуры романтические!», и ляжет спать, обхватив руками подушку. Только когда он совсем глубоко уснет, я сяду рядом с ним на холодный пол и буду шептать всю эту любовную чепуху, которую никогда в жизни не сказал бы вслух, но какую иногда так хочется сказать именно ему. Положу голову на подушку рядом с Томом и стану повторять: «Люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя…» - до бесконечности. Голос шелестит в тишине, и я надеюсь только, чтобы Том не проснулся от моего шепота. И чтобы я не заснул здесь, на его подушке, хотя я этого очень хочу.

Не время, Билли, ты еще все успеешь.

Просто когда-нибудь мне перестанет так часто везти, и однажды мой брат проснется от тихого голоса, который рассказывает, как я его люблю. Вот тогда меня не спасут мои отговорки, и полусумасшедшая улыбка выдаст меня и мои чувства. И, может, в следующий миг она отпечатается на губах Тома, оставленная поцелуем.

И тогда все встанет на свои места. Но пусть это будет потом.

Мне нравится любить его так, как сейчас. С диковатыми усмешками на лице днем и хрипловатым шепотом ночи напролет у его кровати. Так наивно и просто. Так… хорошо.