Враги

Первые лучи солнца едва тронули заснеженные склоны гор, а мы с мастером Итосу, который любезно согласился быть моим секундантом на дуэли,  уже шагали к назначенному месту. Я вдыхал сырой утренний воздух и улыбался. Итосу сосредоточенно молчал, не глядя в мою сторону. Мне показалось, что он излишне строго отнесся к роли секунданта. Хотя… в этом был весь его характер. Характер настоящего самурая. А я себя самураем не чувствовал сегодня. Более того – именно сегодня мне хотелось петь и веселиться. Вот ведь какая штука. Через несколько минут я начну смертельный поединок с  давним врагом, который все это время явно не терял даром и передо мной был уже не испуганный молодой воин, а опытный и безжалостный боец. Я же хотел пробежаться до ближайшего холма и окунуться в прозрачную ледяную воду горного озера. А потом лечь на траве и смотреть на облака. Но насладится этим впечатляющим зрелищем мне, видно, сегодня не придется.
 

Дзигойя сидел в позе сейдза, держа перед собой катана. Он был готов к смертельному поединку, это я понял сразу.  Это понял и Итосу, который тревожно взглянул в мою сторону и, увидев идиотскую улыбку на моем лице, которая никак не хотела  с него исчезать, покачал головой. Я принял сейдза, положил перед собой меч и поклонился. Мы встали друг напротив друга и стали осторожно ступать, будто нащупывали брешь в обороне друг друга. Дзигойя внезапно закричал и ринулся в атаку. Я достаточно изучил его школу, чтобы предвидеть подобное начало, и довольно легко парировал первые выпады противника. Весь наш поединок слился в какой-то безумный танец, когда один танцор наносил удары, а другой отступал и наоборот. Казалось, время замедлило свой ход, и я видел с точностью до каждого поворота руки движения своего врага. Он применил несколько «тайных» приемов своей школы, которые я прекрасно знал, но удивил меня другими, которые он взял на вооружение из других школ. Это был хороший противник. Лучший из всех. Мы несколько раз задевали друг друга, не замечая крови и не чувствуя боли. Но главный просчет Дзигойя был в том, что он отчаянно хотел победить. Он так хотел победить. А я был готов к смерти. В этом была разница, а не нашей технике и превосходстве школ. В этом была причина того, почему мой противник стоял на одном колене, левой рукой держась за распоротый бок. Его меч лежал у моих ног.  Всего одно движение и все будет кончено. Этот поединок Дзигойя проиграл. Мне осталось лишь сделать последнее движение мечом. Один взмах и я отомщу за свое унижение и смерть Сегуна. Я больше не буду Ронином, изгоем. Я восстановлю свою честь…
 

- Что ты наделал? – голос Итосу чуть дрожал, выдавая его гнев. – Зачем ты это сделал с ним?
 

Всю обратную дорогу мой секундант молчал, и только когда мы стали подходить к замку, заговорил.
 

- Это позор! – уверенно проворил он.

- Что вы считаете позорным? – спросил я в ответ.

- Ты не убил его. Почему?

- Итосу-сан, вы считаете, что смерть решает все проблемы?

- Она решает проблемы чести!

- Она ничего не решает, сенсей! Она никогда и ничего не решает, поверьте мне.

- Но ты хотя бы меч мог ему оставить! Ведь он даже не сможет это сделать своим мечом! Ты что, хочешь, чтобы он стал…
 

Итосу остановился и посмотрел на меня, будто внезапно почувствовал себя виноватым.

- Что же вы не договорили, - улыбнулся я. – Вы же хотели сказать ронином. Таким как я, да?

- Никто не имеет права лишать самурая возможности спасти свою честь!

- Никто, Итосу-сан, не имеет права решать это за него. Если он решит это сделать, то воспользуется вакидзаси. Но это будет ЕГО выбор, понимаете?! Его и ничей больше. Хотя я иногда вообще сомневаюсь, что у нас вообще есть выбор!